ИНОСТРАННОСТИ - главная страница

Информационно-аналитический дайджест о странах и иностранцах

ГЛАВНОЕ - ОБЩЕСТВО - ЗАКОНЫ - БИЗНЕС - ДЕНЬГИ - ОБУЧЕНИЕ - РАБОТА - НЕДВИЖИМОСТЬ - ТУРИЗМ
Здоровье - проПитание - Нравы - Культура - Спорт - Автомото - Технологии - Зоопарк - Происшествия

Иностранности - КУЛЬТУРА: ОТКУДА ТОРЧАТ УШИ НОВОГО ГОДА


Реклама

КУЛЬТУРА


ОТКУДА ТОРЧАТ УШИ НОВОГО ГОДА

Длинные уши, хвостик бубочкой, любовь к морковке и невероятная плодовитость - вот примерный набор стандартных представлений о кролике - символе нового года. На фоне своих коллег по восточному календарю зверек и вовсе теряется. Ну куда невзрачному трусишке до величавого тигра, свирепого дракона, упрямого быка? Впрочем, при ближайшем рассмотрении окажется, что ушастого мы явно недооцениваем.

На востоке ушастый считается зверьком божественным: он живет на Луне и готовит в ступе эликсир молодости

Длинные уши торчат из многих мультфильмов, песен, книг, картин, мифов и легенд. Причем сущность зверька меняется в зависимости от географического положения. Каким видят символ наступающего года на Востоке, на Западе и в России?

С Луны свалился

В восточном календаре кролик прописался не случайно - с давних времен на Востоке считают, что это божественная персона. Кто бы мог подумать, что в пугливом, торопливо жующем зверьке кроется символ Луны или женской силы Инь. Однако уже не одну тысячу лет именно так считают в Китае. Согласно древним преданиям длинноухий живет на Луне и занят суперважным делом - толчет нефритовым пестиком в агатовой ступке порошок бессмертия (поэтому его еще называют «усердным зайцем» или «чудным доктором»). Кроме этих фактов, из биографии китайского зайца ничего толком не известно.

«Как он попал в древние времена на Луну? Почему толчет свои снадобья под коричным деревом? И кто обучил его искусству составления целебных снадобий?» - удивляется публицист и критик Владимир Бондаренко в книге «Подлинная история Лунного зайца». И признает, что сколь-нибудь последовательной версии в Поднебесной нет. «Зато есть изображения зайца-врачевателя на самых древних каменных рельефах - со ступкой и пестиком, есть изображения на древних погребальных знаменах, не случайно же на императорской одежде лунный заяц числился вторым императорским символом», - констатирует Бондаренко.

Китайские императоры в древности были уверены, что волшебные снадобья с Луны заяц посылает на Землю, и снаряжали целые экспедиции в поисках эликсира или травы бессмертия. Изучая свойства разных трав (вдруг это та самая, лунная?), китайские знахари создали сотни целебных снадобий. В результате, как отмечает Бондаренко, это привело к реальному развитию многих наук, от медицины до химии, а заодно даосы открыли порох и изобрели бумагу. Столь больших успехов китайцы могли достичь лишь с помощью трудолюбивого и мудрого зайца, по крайней мере, они именно так и считают.

Несколько иным характером обладает заяц в Японии - там он скорее воин. «Он появляется еще в самых древних японских мифах, где помогает богам и героям, да и, собственно, сам является богом: бог-заяц усагигами или даже великий бог-заяц. В городе Тоттори есть храм Белого зайца, где почитают это животное», - объясняет Юлия Стоногина, вице-президент IABC/Russia, специалист по кросс-культурным коммуникациям. Его место обитания тоже Луна, и он тоже сидит там со ступкой. Только толчет рис для лепешек, таких же круглых, как Луна. Это традиционное угощение японцев к Новому году. В предновогодней подготовке все без исключения японцы занимаются такой же заячьей работой - готовят лепешки. В эти дни даже японский фастфуд предлагает цукими-гамбургеры («лунные» гамбургеры).

Если учесть, что обычай «любования полной луной» - один из самых важных в японской традиционной культуре (наряду с созерцанием цветущей сакуры и красных листьев кленов), то становится понятно высокое место зайца в японской иерархии культурных символов. «Каждый раз, любуясь луной, вы автоматически любуетесь зайцем, - поясняет Юлия Стоногина. - Отсюда и великое множество изобразительных сюжетов с лунным зайцем - он появляется на гравюрах, лучших образцах японской керамики, на посуде и аксессуарах, в кулинарии и кондитерских изделиях и, конечно, в самых разных текстильных вариантах - от полотенец до парадных кимоно. Японский заяц обладает другими характеристиками, нежели русско-европейский: он отважный, умный, благородный, со склонностью к самопожертвованию. Соответственно, в эпоху Эдо самураю было незазорно иметь прозвище Усаги, а также помещать на одежду моны (гербы) с зайцем».

Впрочем, божественное происхождение зайца не мешает ему проживать как простому смертному рядом с людьми: в современной Японии кролики конкурируют с котами (кстати, кот - это альтернативный символ наступающего года) по частоте содержания в домашних условиях, с ними выходят на прогулку, как у нас с мопсами.

Примечательно, что в восточной культуре никак не воспевается знаменитая плодовитость зайцев. Сексуальность этой зверушки вообще игнорируется. Даже несмотря на то, что в манипуляциях кролика со ступкой и нефритовым пестиком можно при желании отыскать эротический смысл.

Секс-символ

Все ровно наоборот на другой стороне света - на Западе. Зайцы-кролики в современном восточном и западном представлении похожи друг на друга примерно так же, как японец на скандинава. Например, англосаксонская лунная богиня Эостра, считавшаяся символом возрождения, нередко изображалась как женщина с заячьей головой. Когда на смену язычеству пришло христианство, богиня просто превратилась в пасхального кролика, дарящего пасхальные яйца. Этим добродетельная ипостась ушастого на Западе практически исчерпывается.

Христианская мораль воспринимает плодовитость зайца на свой манер - за непомерный сексуальный аппетит кролик стал символом похоти. Оттого он часто встречается на картинах, изображающих Деву Марию. Белый заяц у ног Богоматери символизирует победу над пороком.

В Средневековье кроликов считали спутниками ведьм, так что хозяйка пушистого зверька могла легко оказаться на костре инквизиции. Голландские живописцы XVII века с помощью ушастого и вовсе вкладывали в свои картины тайный смысл. На первый взгляд невинная картинка - юная селянка, а рядом бравый охотник, протягивающий убитого зайца. Где-нибудь на заднем фоне клетка с птичкой. Если обратить внимание на эти детали, окажется, что картина представляет собой отнюдь не милую невинную сценку. Изображением зайца в руках охотника художники зашифровывали предложение интимной близости, а рисуя птичку в клетке - намекали на невинность девушки. Не будь, кстати, у зайца этой многовековой славы порочного животного, вряд ли бы в наше время на свет появился еще один хрестоматийный кролик, ставший символом журнала Playboy.

В какой именно момент либидо кролику изменило, а его образная похотливость отошла на второй план, сказать сложно. Однако в западной литературе и фольклоре кролик к началу прошлого века превращается в деловитого, хитроватого и немного суетливого типа. Белый Кролик Льюиса Кэрролла постоянно спешит по неотложным делам и истерично сверяется с часами. Братец Кролик из «Сказок дядюшки Римуса» и вовсе типичный фермер конца XIX века: прижимистый семьянин, который своих в обиду не даст и на поверку оказывается хитрее самого Братца Лиса. Кролик из «Винни-Пуха» и вовсе пример типичного западного жителя.

Американец Бенджамин Хофф в книге «Дао Винни-Пуха» раскладывает персонажей Милна по типажам: медвежонок Пух становится символом настоящего буддистского спокойствия, ослик Иа-Иа - прототипом вечно депрессивного интеллектуала, а Кролик - чрезмерно активного человека, для которого имитация бурной деятельности важнее результата. Кролик, отмечает Хофф, постоянно занят важными вещами, он стремится везде отметиться, но в результате упускает главное, суть. В принципе Кролика смело можно делать символом современного клерка.

Самое интересное, что часть этих своих качеств при переводе на русский язык милновский Кролик потерял. «В русском переложении Винни-Пуха Бориса Заходера Кролик предстает как практичный зануда, у которого оказывается бездна родственников», - отмечает филолог и литературный критик Илья Кукулин. Видимо, переводчики учли российскую ментальность и наше восприятие зайца-кролика.

А ему - трын-трава

Если вы, читая этот текст, пытаетесь отыскать черты западного или восточного зайца в нашем сером, зря стараетесь. У русского зайки, как водится, свой собственный путь. Кстати, подчеркивает Илья Кукулин, мы совершенно напрасно объединяем зайца и кролика в одного персонажа - это разные характеры. В русском фольклоре чаще встречается заяц, поскольку домашних кроликов практически не держали. А что их держать, если леса просто кишели дикими ушастыми?

Но если восточная мифология наделила ушастого невероятным благородством, а западная сделала символом плодовитости и деловитости, то в русском фольклоре зайка оказался самым притесняемым существом. «Заяц - это «простой человек», совершенно бесправное и трепещущее перед властью волков, лис и медведей большинство населения России. Заяц - это русский народ», - полагает художник Ростан Тавасиев. Однако вот что любопытно: доведенный до отчаяния заяц во всех сказках вдруг выкидывает такой фортель, что обиженными становятся его гонители.

У этих сказочных хеппи-эндов, считают культурологи, очень конкретный подтекст. В концентрированном виде мы сотни раз слышали его в «Песне про зайцев» из фильма «Бриллиантовая рука». «Зайцы запуганы до такой степени, - говорит Илья Кукулин, - что им вдруг все становится «по барабану», «трын-трава». Они ведь в самом конце пищевой цепочки, дальше только трава...» А когда терять уже нечего, то и бояться не стоит. Кукулин, кстати, считает, что песня про зайцев - политическая, ее авторы намекали на общее состояние общества в СССР. И, видимо, на то, что лучше не будить «зверя», даже такого ничтожного. Помните, как в стихотворении Арсения Чанышева, который публиковался под именем Арсений Прохожий: «Жил-был зайчик, ел морковку... А потом ка-ак взял винтовку!»

Так что наш зайка отнюдь не безнадежен... «Интересно, что в течение XX века заяц в русской культуре заметно эволюционировал, стал тверже характером, просматривается даже стремление к самостоятельности. Реакция на страх, как и у людей, у зайцев проявляется по-разному, - поясняет Илья Кукулин. - Тот же заяц в «Ну, погоди!» - трусливый, но, как сказали бы психоаналитики, научившийся работать со своим страхом».

В общем, символ наступающего года обещает нам немало интересного. Просто, как говорили в «Матрице», «следуй за белым кроликом»...

Вита МАЧ.
«Итоги»

3/1/2011

ГЛАВНОЕ - ОБЩЕСТВО - ЗАКОНЫ - БИЗНЕС - ДЕНЬГИ - ОБУЧЕНИЕ - РАБОТА - НЕДВИЖИМОСТЬ - ТУРИЗМ
Здоровье - проПитание - Нравы - Культура - Спорт - Автомото - Технологии - Зоопарк - Происшествия

© «Иностранности» (2009-2019)

Редакция дайджеста | Реклама на сайте
Rambler's Top100